Виртуальный музей ансамбля ПЕСНЯРЫ
Информационная страничка Хронологии Энциклопедия Библиотека Участники Медиа


Валерий Дайнеко: "Песняров" всегда узнавали даже с закрытыми глазами..."

Уже давно для меня на белорусской эстраде самым интеллигентным и стильным исполнителем является Валерий Дайнеко. Он обладает тонким вкусом в выборе репертуара, ничего общего не имеющего с царящим у нас незатейливым и примитивным стилем.
В последние месяцы имя Валерия Дайнеко особенно часто вспоминается в связи с белорусским ансамблем "Песняры". Почти семнадцать лет проработав в ансамбле, Дайнеко ушел пять лет назад, а сейчас вновь вернулся.

— Валерий, почему вы тогда ушли из "Песняров"?

— Меня многое перестало удовлетворять в ансамбле. И репертуар, и даже костюмы — их и одеждой назвать было нельзя — балахоны, одни короче, другие длиннее, то белые, то черные. Ходить было ужасно неудобно. Но главное то, что все шло последние десять лет по старинке. "Песняры" жили только прежней славой. Нужно было меняться. Но время было упущено. Сегодня "Песняров" не знают не только 13—14-летние, но даже их старшие братья и сестры.
Последние пять-шесть лет были худшими в истории ансамбля. Правда, вышли в Москве пластинки. Но мне не совсем нравится, что и как на них записано. А вот самих "Песняров" почти не слышно и не видно. И тогда мы решили собраться — я, Владислав Мисевич (он стоял у истоков "Песняров") и почти все музыканты, но без Владимира Мулявина. Взяли молодых ребят — клавишника и гитариста. И этот костяк уже может заявить о себе в полный голос. По вокалу это как раз те "Песняры", которые когда-то гремели, даже выше качеством. Тот музыкальный имидж, то звучание, по которому всегда узнавали "Песняров", остался, он есть. И это самое главное. Это надо беречь.

— Таким составом вы работаете с Нового года. Как вас сейчас принимают?

— После концерта, бывает, приходят за кулисы люди в восторге. Удивляются: сколько лет прошло, в ансамбле новые люди, а "Песняры" прежние.

— Но ведь и Мулявин уже выступал с новым составом...

— Да, он за две недели собрал ребят, которые до этого никогда не работали вместе.

— Но их объявляли "Песнярами"...

— Думаю, публика разберется. "Песняров" всегда узнавали даже с закрытыми глазами.

— Вас все еще пытаются мирить на самом высоком уровне.

— Боюсь, это невозможно. У нас сейчас состав очень сильный. Если Министерство культуры поможет с аппаратурой и студией, остальные деньги на минимальную раскрутку найдем сами. В конце концов мы даже согласны на другое название, но тогда "Песняров" просто не станет...

— А что с вашей сольной программой?

— Уверен, ребята не станут возражать против моих сольных выступлений. Вопрос в том, останется ли у меня на это время.

— Уйдя пару лет назад из Концертного оркестра на "вольные хлеба", сейчас вы опять будете работать в коллективе. Насколько легко вы принимаете решения?

— Мне ничего не давалось тяжело. Проблем с работой не было никогда — всегда была масса предложений. Из "Песняров" я пришел в Концертный оркестр, потому что Михаил Финберг меня давно звал. И первая же поездка была просто фантастическая — в Ялту на джазовый фестиваль. Именно там получил приглашение на работу в оркестр Георгия Гараняна. Причем он услышал меня в записи. Основной причиной отказа было то, что я уже дал согласие Михаилу Яковлевичу, который, кстати, всегда ко мне относился с уважением.

— А сейчас не жалеете, что отказались?

— Нет. В Концертном оркестре я сделал все, что хотел. Но о том, что ушел, тоже не жалею.

— Но московские возможности с нашими не сравнить. Ведь мы своих артистов почти не видим, немногие решаются на сольные программы.

— Я мог бы сейчас собрать музыкантов, сделать с ними сольную программу. Но что я потом буду с ней делать, как смогу платить ребятам зарплату? Сегодня полный большой концерт не позволяют себе ни "Сябры", ни театр песни, ни "Верасы", которых уже практически не существует.

— Причина в наших условиях?

— Да, безденежье, отсутствие рекламы, замкнутое пространство. Чем мы отличаемся, к примеру, от России? Там пока ты со своей программой объездишь всю страну, пройдет год-полтора. К этому времени готова уже новая.

— Обидно?

— Ужасно. А что делать? Искать сумасшедшие деньги, чтобы раскручиваться в России? Они, конечно, могут снизить некоторые расценки, если ты привлечешь профессионализмом или чем-то новым, оригинальным.

— А какой судьбы желаете своим студентам?

— Эстрадное отделение в Институте современных знаний открылось три года назад. С тех пор там преподаю. К сожалению, поющие ребята и девчата не желают учиться, а хотят сразу работать. Что же касается моих студентов, то будущее в руках самих ребят. Ни один преподаватель не сделает за тебя ничего. О педагоге можно вспомнить уже потом или вообще не вспомнить...

— Сколько я вас слушаю, всегда ловлю себя на мысли, что вы испытываете большие трудности в выборе репертуара.

— Да. Я всегда стараюсь, чтобы в песнях и тексты были не примитивные, и за аранжировки не было стыдно. Поэтому работаю с Дмитрием Долгалевым, Павлом Еременко. Лет через пять это будут именитые композиторы, главное, чтобы они не скатились до той "простоты", которая вроде бы всем так нужна. Не мной сказано, артист должен не опускаться до уровня публики, а поднимать ее к своему. Это, кстати, всегда было принципом и "Песняров"...

Беседовала Надежда Белохвостик.

Тамара Хамицевич - фото.

Вечерний Минск

29 АПРЕЛЯ 1998 г. СРЕДА N 80 (8889)

Назад к списку статей


Пожалуйста, поддержите финансово данный проект

Перевод на счёт PayPal


© Терёхин Дмитрий 2004-2017