Виртуальный музей ансамбля ПЕСНЯРЫ
Информационная страничка Хронологии Энциклопедия Библиотека Участники Медиа


Разбитные "Песняры"

НАРОДНЫЕ СКАЗИТЕЛИ НЕ МОГЛИ БЕЗ ВОДКИ И ЖЕНЩИН

В 70-е годы вокально-инструментальный ансамбль "Песняры" по своей популярности в Стране Советов мог сравниться разве что со славой битлов. Проходы в концертные залы, где выступала группа, защищали, как огневые рубежи. Подступы патрулировала конная милиция на случай массовых беспорядков. Нынешний бизнес — продажу в нужном месте в нужный час горячих сосисок — старушки освоили еще тогда, подкармливая за соответствующее вознаграждение фанатов, дежуривших ночами в очереди за билетами. О тех аншлагах помнят и Концертный зал "Россия", и Театр эстрады, и Зеленый театр ЦПКиО, не говоря уже о сотне стадионов во всех уголках тогда еще необъятной Родины, "Вологда", "Беловежская пуща", "Олеся", "Белоруссия", "Здесь живут мои друзья", "Уголок России", "Березовый сок" - эти песни знала наизусть вся страна. Прошло двадцать лет. Увы, сегодня о легендарных и недоступных кумирах прошлого стоит сказать так: "Иных уж нет, а те далече".

10 января ушел из жизни один из основателей "Песняров" - 56-летний Валерий Яшкин. Умер он внезапно, ночью, от сердечного приступа.

- Вы проходите, пожалуйста, - встретила меня супруга Валерия Лена, - я только детское питание малышке погрею, а то грудного молочка ей уже не хватает...

Долгожданной дочери два месяца и неделя. О постигшем ее семью горе она даже не подозревает.

- Знаете, мы только начали жить по-человечески, - наливая мне кофе, говорит Лена, - восемь лет вместе, и все это время скитались по чужим углам, куда-то переезжали. Только два года назад получили свою квартиру, можно сказать, чудом. Ребенок вот родился... Валера из группы, конечно, ушел очень давно, но всегда считал себя только "песняром". Я моложе его на двадцать с лишним лет, поэтому когда про ВИА услышала, вспомнила только, что гармошка у них там какая-то была. "Вот на этой гармошке я и играл", - обрадовался Валера. Именно с гармошкой он и из дома удрал в 16 лет, а его мама, плача навзрыд, бежала вслед за поездом...

Зародились будущие "Песняры" в армии. Валерию Яшкину выпало служить с Владимиром Мулявиным и Леонидом Тышко в Ансамбле песни и пляски Белорусского военного округа. Одновременно в оркестре БВО тянули армейскую лямку Александр Демешко и Владислав Мисевич. Там все и познакомились. Группа - прародительница "Песняров" - появилась как результат неформальных армейских отношений.

-  Стать из полупрофессионалов "звездами" было очень непросто, - вспоминает о тех далеких временах ударник группы Александр Демешко. - Сперва нас включили в ревю "Лявониха", которое работало от местной филармонии, и стали мы "Лявонами". Но... кому-то в министерстве не понравилось наше название. Лявоны — по-русски Иваны, Ваньки. Тогда Леонид Тышко и нашел другое название - "Песняры", в переводе - народные сказители. А на большую сцену вышли, между прочим, под свист. Правда, художественный. Свистела первая супруга Владимира Мулявина. Прикинувшись музыкальным сопровождением ее номеров, мы прорвались на свой первый конкурс артистов эстрады. Выступали там с песнями "Ты мне весною приснилась", "Темные ночи", "Скрипят мои лапти" и "Аве Мария". Вышли на сцену такие ребята в национальных костюмах с чудными национальными инструментами - лирой, цимбалами. В общем, жюри мы понравились, и присудили нам второе место.

Легенда о "Песнярах"

Молодая группа отчаянно нуждалась в собственной аппаратуре. Денег на покупку, естественно, не было. Чтобы сэкономить, музыканты срочно сели на диету для мужчин, желающих добиться успеха — пирожки с ливером и портвейн. Денег скопили. Аппаратуру им продал сам Юрий Антонов, Через два дня она сгорела...

- Да чепуха все это, - машет руками Александр Сергеевич, - сгорела она не через два дня, а позже... Вообще, у нас потом была очень хорошая аппаратура. А работали мы как проклятые. Объехали с концертами 200 городов. Кстати, вы знаете, почему мы стали ВИА? За это денег больше платили. ВИА - значит не только вокал, но и инструменты, считай еще плюс три рубля. А ставка у нас тогда была 7 рублей 50 копеек за концерт.

— Зато потом, наверное, разжились монетой-то? Все, небось, налево работали?

— Ну, потом, когда уже Сопот в 70-м остался позади с громкой победой, с презентацией пластинки, которую мы, между прочим, записали за 16 часов - 4 смены по 4 часа; когда всю страну объехали от Петропавловска-Камчатского до Баренцева моря, разве что в Якутии не были, а главное, когда с нужными людьми в Минкультуре море водки вместе выпили да дружбу завели, - тогда, конечно, стали по максимуму получать. Самая большая ставка - 12 рублей 50 копеек, а если выступаешь во Дворце спорта - то платили три ставки (потом, правда, до двух снизили), да за мастерство от 25 до 70 процентов от ставки, да гастрольная надбавка - вот и выходило 54 рубля за концерт, а то и больше. Но мы деньги эти отрабатывали будь здоров - 6 концертов в день вживую, да по два часа каждый. Не дай Бог на десять минут раньше закончить, Мулявин убьет сразу: "Люди подумают, что мы халтурим!". К концу двенадцатого часа выступлений уже в одежде путались: выходили - верх от одного костюма, ботинки от другого. Когда были в Петропавловске-Камчатском, там случился сильный снегопад, и нас в буквальном смысле засыпало. То есть вылететь оттуда мы не могли - дороги до аэропорта больше не существовало. Ну, и каждое утро приходили к секретарю обкома, он по телефону звонил своим службам: "До какого места дорогу расчистили? До такого-то села?" Мы собираемся и едем туда с концертом. И так тридцать раз. Но налево, честно, ребята не работали.

Мы были суперпрофессионалами, поверьте, я не преувеличиваю. Вот пример. Однажды Леня Тышко расщеплял ножом орех, ножик сорвался и он порезал себе сухожилие. Представляете, это бас-гитарист! Так Юрий Денисов за полдня (!) выучил его партии.

Зато какая была слава! В Одессе, где выступать было ой как не просто, за один концерт, помню, на сцену выставили 6 бутылок водки, 12 бутылок коньяка и принесли 3 приглашения на свадьбу. А когда мы у них первый раз выступали, музыка на "пьяно" (т.е. очень тихо) - зрители свистеть. Тут выходит вперед Валерий Яшкин и, обращаясь к залу: "Вы, конечно, лучшая публика, чем в Чикаго, но даже там свистят только между песнями, а не во время них". Подействовало...

В Одессе тогда существовала музыкальная биржа. Мы однажды потихонечку послали туда своего человека. Возвращается: "Ребята, "Битлз" — первые, мы - вторые". Ну, порядок.

Что вы, шнурки прямо с ботинок снимали, шествия устраивали с нашими портретами! Гремели на всю страну. А потом "Комсомольская правда" с нами расправилась...

"Комсомольская правда", "Скандал перед микрофоном".

Работники местного телевидения договорились с художественным руководителем "Песняров" В.Мулявиным о видеозаписи концерта. Однако в последний момент В.Мулявин заявил, что "Песняры" бесплатно записываться не намерены. Более того, артисты прервали концерт, один из них на глазах у сотни зрителей оборвал микрофонный кабель, а второй ударил по микрофону, выведя его из стоя.

...Хотелось бы услышать оценку этого поступка Министерством культуры Белоруссии и общественными организациями республики.

— Ну и, конечно, неправда это.

- Конечно, неправда. Дело как было. Мы выступали в Волгограде, а этот скандально известный концерт давали в Волжске. По традиции телевидение имело право снимать только последний концерт, мы же должны были работать еще два дня. Выходим в Волжске на сцену, а там установлена аппаратура для съемок. Мы говорим залу: "Сейчас уберут микрофоны телевизионщиков, и мы начнем концерт". Ждем, ничего не меняется. Публика в тот вечер была очень, так скажем, специфическая. Волжскую-то плотину зэки строили, ну и осели в окрестностях. Они, сами понимаете, долго ждать не будут. Атмосфера в зале стала накаляться, тогда наши рабочие вышли на сцену, аккуратнейшим образом разъединили штекеры и унесли микрофоны за кулисы. Концерт чуть задержался, правда, но отработали мы его как надо.

А потом эта статья в "Комсомолке"... На разборку из Минска примчался зам директора филармонии, присутствовал председатель Волгоградского обкома партии, нам даже объясниться не дали. Такая была демонстрация, партийцы возмущались, хватались за сердце, чуть ли не в обморок падали. А нам как раз накануне скандала первым в СССР пришло приглашение поехать в Канны на фестиваль. Ну и плакали Канны - стали мы невыездными.

- Канны плакали недолго?

- Несколько лет. Скандал потихонечку затих, стали мы снова ездить по стране, раскручиваться, и уже в 75-м году вместе с Пугачевой и трио "Ромэн" нас выпустили-таки на фестиваль.

Легенда о "Песнярах"

Худсоветам не нравилась длина волос у музыкантов - больно на битлов смахивали, — и "песняров" под конвоем водили в парикмахерскую стричься.

- Ну, не под конвоем, конечно. Просто ставили ультиматум: "Не подстрижетесь - за рубеж на гастроли не поедете".

— И вы...

- Стриглись и ехали. В Каннах мы выступали в небольшом зальчике, называлось это "русский концерт". Резонанс оказался очень большим. Набежали импресарио, приносят контракты, мы, как пай-мальчики, отсылаем всех в Госконцерт. Они ничего не понимают: "Какой Госконцерт? Вот же контракты!". Через всю эту совковую волокиту пробился только один профи - администратор американской группы "Нью-Кристи Минстрельс" Сит Гэрисон. Он организовал нам концерты в 15 штатах. Выступали в студенческих городках, во Дворцах спорта, рассчитанных на 1,2-2 тысячи зрителей. Причем если в начале гастролей первыми выпускали нас, а потом уже американскую группу (она работала в стиле кантри), то после первых же концертов все делалось наоборот. Госконцерт продал нас задешево - 500 долларов: 250 - суточные на всех, 250 - Госконцерту, а прибыль с наших выступлений составила 150 процентов. Вот так-то.

Но Сит к нам замечательно относился. Мы, как любые нормальные советские артисты, взяли с собой консервы, колбаску там сухую, чай с кипятильниками и все это привезли назад. Во время гастролей Гэрисон оплачивал нам и гостиницы, и еду. Потом мы записали в той студии, где некогда работали "Битлз", с американцами 4 песни. Причем басист "Нью-Кристи Минстрельс" влюбился в нашу костюмершу и даже посвятил ей одну композицию.

Нас принимали очень хорошо, а в свободное время таскали на приемы, в гости. Как-то пригласили к мультимиллионеру. Приходим, там вилла шикарная, столы накрыты, полуобнаженные дочери хозяина дома стоят за стойкой бара, угощают гостей. Мы в уголочек сели, официант подходит: "Шампанское, виски, водка?" Говорим: "Пивка бы". Он несколько опешил; "Надо спросить у мэм", Приходит мэм с корзиной, полной банок с пивом. Пьем, и вдруг Толя Гилевич: "Ребята, тихо начинаем "Вихри враждебные веют над нами", потом громче, громче, песня выходит на улицу, американские рабочие подхватывают ее, строят баррикады и... через два года живут так же плохо, как и мы". За такие шуточки в те времена можно было здорово поплатиться.

— Чем подбивать американцев революцию делать, лучше бы научили их водку пить.

- А мы и научили. Я пошел как-то с американцами в бар, было нас человек шесть, заказали все по 150 граммов водки. И вдруг американцы спрашивают, дескать, слабо за всех выпить? А во мне тогда было 120 килограммов, чего слабо-то? Выпиваю. Они опять заказывают - и опять: "Слабо?". Выпиваю. И так три раза. Чувствую, хватит: все-таки на голодный желудок. Прощаюсь и иду спать. Утром закупаю десяточек баночек пива (благо там везде автоматы, 25 центов банка) - и к автобусу. Поставил чемодан и махаю одну за другой, опохмеляюсь. Гляжу, американцы вещи побросали и пялятся на меня. Вдруг переводчица говорит: "Из-за вас мы будем стоять 30 минут, но вас ждет приятный сюрприз". Смотрю, несут чан, а внутри огромное количество банок с пивом во льду. "Шеф этого пива, - говорит Сит, - мистер Александр, все остальные могут угоститься только если он им разрешит''. Потом он мне значок подарил с надписью: "Кто пьет много пива, тот делает большую любовь".

— И после такого учиненного вами беспредела "Песняров" в США больше не пускали...

- В честь круглой даты - 60-летия Советской власти - Госконцерт дал добро на наши вторые гастроли по Америке, но в нагрузку к нам отправил за океан еще добрый десяток всяких блатных халявщиков. Эта большая группа советских артистов, конечно, не вызвала у американских зрителей никакого восторга. Мы дозвонились Ситу, и он попытался пристроить нас поработать в один из чикагских ресторанов. Но потребовалось согласие другого музыканта, который там уже выступал. Он же был по национальности евреем, и как только узнал, что мы русские, тут же наотрез отказался от нашего музыкального соседства.

— А как реагировали органы госбезопасности на ваши турне по всему свету?

- Специально к нам никого не приставляли. Но мы догадывались, кто из группы, конечно, не из музыкантов, а из сопровождающего и обслуживающего состава, на нас стучит. А однажды был во-. обще очень непонятный случай. Мы были на гастролях в ГДР, и надо было переезжать в ФРГ, в Дюссельдорф на выставку. И представьте себе, нас в то время через территорию Западной Германии отправили без всякого официального сопровождения, проще говоря, без стукача! Когда группа приехала на место и встретивший нас на вокзале представитель посольства узнал, что нет сопровождающего, ему стало плохо.

— ЧП на концертах случались?

- Ну как... Однажды, например, во время исполнения Мулявиным песни "Крик птицы" в самом патетическом месте наш осветитель выбросил на сцену... дохлую курицу. Причем она шлепнулась у ног Володи, а шутник сразу перевел на тощую синюю хохлатку яркий луч прожектора. В зале свист, хохот. Мулявин, конечно, потом наорал на него, а что поделаешь, работаем-то вместе...

- Значит, были вы все молодые, популярные, денежки у вас водились, вы кутили, гуляли... Признавайтесь, выходили на сцену подшофе?

- Выпить мы все любили, это правда, но... На сцену пьяными - ни-ни. Это было табу. Мулявин только мне разрешал пить в любое время, потому что меня никакая водка не брала. А по кабакам шастали все время. Ходили слухи, что я снимал целые рестораны и гулял ночи напролет. Хотя это преувеличение, конечно. А как на машинах гоняли! Кашепаров был просто помешан на автомобилях, считался заядлым гонщиком. А в 80-м во время Олимпиады в Москве - нам выступать, а Мулявин угодил в автокатастрофу, права-то нам всем шеф белорусского ГАИ на сцене в качестве подарка вручил. Вот он и влип - машина всмятку, сам в больнице. Представители Минкультуры уговорили нас выступить без него, а во втором отделении прислали Валерия Леонтьева на подмену. Кстати, Толю Кашепарова, который потом прогремел на всю страну как исполнитель "Вологды", мы тоже в каком-то ресторане присмотрели. Как же его, подлеца, женщины любили!..

- Подлец - это потому что платил поклонницам взаимностью?

- Еще как платил! Он же, когда "Вологду" поет, ангелочек, каких мало. Скромностью и брал. Бочком, бочком подвинется — и записочку с телефоном в руку. И ведь звонили! А он сразу: "Женюсь". Сколько потом слез было, криков. Мы ему говорим: "Толь, можешь ты без этого, без "женюсь"? Ну там, люблю, пропадаю, потерял голову... " Нет, женюсь и все. В компанию ходить с ним было бесполезно, все равно все хотели только его. Одна поклонница все-таки добилась своего. Сколько она за нами ездила, сколько плакала... В конце концов Толька женился на ней. До сих пор живут вместе, двоих детей вырастили.

А письма, которые приходили в Минкультуры: "У меня ребенок от "песняров"... Ведь вызывали нас, прорабатывали. Самая крепкая семья была у старшего брата Мулявина - Валерия. Они в Чите жили, так Валерий летал к ним при каждой возможности, пока не перевез в Минск. Только он погиб рано и так нелепо... Мы в Ялте выступали и как-то вечером справляли день рождения. Выпили тогда, кстати, немного. Валерий вышел на набережную и сел на парапет покурить. А мимо ехала поливальная машина. Он поднял ноги и перекувырнулся. Парапет высокий был, внизу камни, вот и разбился насмерть. Сколько потом слухов ходило, что его убили! Мы ведь должны были ехать на Кубу на фестиваль...

У Валеры прозвище было - Ювелир. Откуда? Как-то ехали из Москвы в Минск, а он взял с собой "зайца", понадеялся, что все равно всю ночь куролесить будем. А все, как назло, легли спать. Ну, контролер и поймал его, шум поднял. "Мы вот так никогда не поступаем", - стали ему пенять. "Это потому, что вы - ремесленники, - отпарировал Валера. - А я - ювелир". С тех пор и пошло...

Легенда о "Песнярах"

Знаменитая на всю страну пара — гимнастка Ольга Корбут и исполнитель "Олеси", "Белоруссии", "Вероники" Леонид Борткевич — встретились случайно в какой-то гостинице. Причем Ольга Корбут с белым платьем в чемодане летела в Грозный, откуда она родом, выходить замуж. С Борткевичем свел их Яшкин. Вцепился намертво: "Я вижу вас как семейную пару" — так и убедил.

- Это он меня с женой познакомил, а не Борткевича. Корбут никто не искал, она сама нашлась.

— Знаменитая гимнастка пришлась не ко двору?

- Перед каждым концертом супруга Борткевича имела привычку, накинув на голые плечи (платья она всегда носила открытые) меховое манто, взять стул, демонстративно прошествовать через всю сцену и усесться в зале перед самым первым рядом. Да ладно бы она просто потребляла огромное количество спиртного и была отчаянной матерщинницей, нет же, начала учить Леньку уму-разуму... До того доучила, что в конце концов в 1982 году Мулявин был вынужден попросить его уйти из группы...

— А когда вы окончательно распались?

- "Песняры" не распались. Сегодня это по-прежнему Государственный инструментальный ансамбль Белоруссии. Руководит им неизменный Владимир Мулявин. Состав только сменился да слава былая канула в Лету...

В прошлом году у "Песняров" возникла рискованная и гениальная идея — собраться и дать несколько концертов в старом составе. Дозвонились Борткевичу. "Ему нужен лимузин на все время гастролей в России и в Штатах", - заявила в ответ на предложение Ольга Корбут. "Да я его на руках донесу, - взорвался Демешко, — если только он свою дражайшую половину дома оставит!" Идея, впрочем, заглохла не только из-за Борткевича.

Сегодня почти у всех "песняров" другая жизнь — быть может, с большим будущим, но без того прославленного прошлого. Кстати, несмотря на былую славу, об обеспеченной старости не может быть и речи. Музыканты вынуждены думать о хлебе насущном. Валерий Бадьяров, работавший некогда в "Песнярах", а после основавший не менее громкую группу "Сябры", давно живет в Германии и играет там в симфоническом оркестре. Леонид Тышко — в Израиле, Анатолий Кашепаров — в США. Последний весьма преуспел, став крутым бизнесменом.

Валерий Яшкин был готов снова поработать вместе со старыми друзьями. Он, кстати, одним из первых оставил группу, переехал в Москву, закончил ГИТИС и состоялся как эстрадный режиссер. Последний, так и оставшийся нереализованным, проект - поставить "Шекспириаду"... для театра Пугачевой. Самой Алле Борисовне отводилась роль Королевы из "Гамлета", Александр Кальянов, по мнению Яшкина, был бы великолепным Яго, ну а Кристина с Пресняковым казались ему Ромео и Джульеттой... Увы, главную роль в его будущем спектакле сыграла нежданная смерть.

Единственное, что удалось сегодня сделать во имя прошлой славы Владимиру Мулявину и Александру Демешко, — это собрать все старые композиции "Песняров", начиная аж с 1968 года, и выпустить восемь СD.

— А вы-то сами где сейчас работаете? - поинтересовалась на прощание репортер "МК" у Александра Сергеевича.

— Клерком, — спокойно ответил легендарный ударник "Песняров", - в банке. Надо же как-то зарабатывать на жизнь...

Татьяна ФЕДОТКИНА. Фото ИТАР-ТАСС и из личного архива семьи Яшкина.

1 февраля 1997 года

Московский Комсомолец

Сканы стр. 1

Прислал Игорь Куницкий

Назад к списку статей


Пожалуйста, поддержите финансово данный проект

Перевод на счёт PayPal


© Терёхин Дмитрий 2004-2017